Положение дворянства в Чешских землях и его влияние на становление интеллигенции весьма отличны от того положения и той роли, которую играли российские дворяне в процессе формирования идеалов просвещенного общества. Тема эта чрезвычайно обширна, и в наших силах лишь обратить внимание на некоторые языковые отличия, хотя без общего представления о чешской истории многое может быть понято недостаточно или даже превратно.
Начитавшись тенденциозной литературы, многие представляют себе дворянство (šlechta) как однородный привилегированный класс (třída) сословного общества (stavovská společnost). Однако дворянство за время своего почти тысячелетнего существования основательно расслоилось. Была аристократия, или высшее дворянство (vyšší, vysoká šlechta, aristokracie), и все остальные дворяне (nižší šlechta). В российских реалиях найдем такие термины, как мелкопоместное дворянство, однодворцы, бояре, столбовые, личные и потомственные дворяне. Последние две категории имелись и в Австрийской империи (osobní a dědičná šlechta).
В начале процесса формирования дворянства, как на Руси, так и в Чешских и Моравских землях, привилегии получали отличившиеся на поле боя воины (válečníci), служившие предводителю, князю. Князь (kníže) — слово старинное, сопоставимое с другими языками, значение которого в русском и чешском контексте может существенно отличаться. Кроме того, в чешском имеется еще одно слово того же древнего корня — kněz (священник): первоначально корень имел значение повелитель, владыка, имеющий власть над территорией и / или людьми, это значение и закрепилось в чешском слове kněz.
В русском языке к слову князь могут добавляться определения, существенно меняющие его основное значение: князь императорской крови, великий князь, светлейший князь. К представителям каждой группы имелось обязательное фиксированное обращение, и найти точный перевод на чешский бывает непросто. Но и в чешском есть слова, обозначающие представителей знати, параллель к которым в русском мы не найдем. Например, zeman. Это свободный человек, наделенный определенными полномочиями на своей земле, представитель низшего дворянства (до XVI века). В течение XVII века дворянство окончательно разделилось на высшее, владеющее латифундиями (stav panský — букв.: сословие господское), и рыцарство (stav rytířský), т. е. войско. Однако слово zeman, уже не закрепленное в законе, осталось в языке и даже превратилось в довольно распространенную фамилию.
С XIII веке и позднее, когда многие роды приобретают гербы (erby, erbovní znamení), дворянское сословие в Чешских и Моравских землях укрепляется. Но в 1620 году, после поражения восставших протестантов на Белой горе, немало чешских дворян изгоняются из своих земель, а победители-иностранцы получают их наделы. Многие конфискаты при этом теряют свое экономическое значение и даже превращаются в руины, а между местным населением и господами-чужаками вырастает высокая, хоть и невидимая культурная стена. Пришельцы говорят на другом языке, насаждают новые правила. Дворянство начинает восприниматься как чуждый элемент.
Интересно, что по переписи 1840 года на территории Чешских земель на одного дворянина приходилось 828 «неблагородных», тогда как на Венгерской земле это соотношение составляло 1 к 17, а на остальной территории империи приблизительно 1 к 35. В этой специфической ситуации играет роль и то, что уже в 1781 году упраздняется крепостное право (nevolnictví), в 1848 году окончательно ликвидируются его пережитки — оброк (ourok) и барщина (robota).
Но для Чешских и Моравских земель важны не только отношения помещик — крестьянин (vrchnost — rolník, sedlák), но и помещик — мещанин (měšťan). И здесь мы наблюдаем существенное отличие от Российской империи. В Чешских землях, начиная со Средневековья, процветают многочисленные города и городки, где правят старосты-недворяне, важную роль играют богатые ремесленные цехи. Эти люди чувствовали себя свободными, могли выбирать свою судьбу, что в России являлось привилегией исключительно дворянства, да и то не всегда. Вплоть до ХХ века недворяне в Российской империи могли подвергаться телесным наказаниям, порке.
И в Австро-Венгрии, и в России к середине XIX века статус дворянина можно было получить за предпринимательскую деятельность, причем этот процесс начался в России еще раньше, и купец первой гильдии (это был необязательно миллионер, к данной группе относились все, кто торговал оптом и имел оптовый склад) по закону имел право на дворянство.
После образования Чехословацкой республики в 1918 году все дворянские титулы были упразднены, запрещалось даже пользоваться дворянскими приставками к фамилиям (přídomek): например тот, кто именовался до этого Antonín z Kolovrat (z, по-русски из, является переводом немецкого von) становился гражданином по фамилии Kolovrat или Kolovratský. Законы нацистского Протектората отменили этот запрет, а после войны в перечень потерявших силу оккупационных правил параграф о дворянских титулах включен не был, хотя имеется распоряжение об отмене всех законов протектората. Сегодня за употребление аристократических титулов никакого наказания не предусматривается, так что желающий может смело называть себя графом, бароном, виконтом или счастливой маркизой.
Что же касается барона, то дело здесь очень запутанное. В определенные исторические периоды барон был последний из первых, т. е. это был низший титул высшего дворянства. Само название когда-то имело значение свободный человек, воин, мужчина. В некоторые исторические периоды титулы svobodný pán (нем. Freiherr) и baron (не путать с баронетом и баннеретом) обозначали одну и ту же позицию в иерархии. Титул передавался в семье по наследству. В России его ввел Петр I для остзейского, чаще всего немецкоязычного дворянства.
Многие из нас, наверное, помнят строчки песни: «Ваше благородие, госпожа удача…» С точки зрения этикета обращение Ваше благородие к женщине может быть допустимым, если, конечно, эта дама не баронесса, живущая в середине XIX века в Австрии и настаивающая на соблюдении всех правил. К барону надо обращаться Ваше высокоблагородие или Hochwohlgeboren Herr. В русском обиходе обращение Ваше благородие было широко распространено и иногда употреблялось по отношению к каждому дворянину, но на письме перепутать, скажем, светлость и благородие было непростительно, как, впрочем, и благородие с высокоблагородием.
Осторожно надо обходиться и с титулом граф. В России его ввели лишь в XVIII веке, титул был почетным, не имел определенной привязанности ни к правам, ни к обязанностям конкретного человека. В Чешских землях и во всей Австрийской монархии титул hrabě (нем. Graf) обычно давался за заслуги перед империей, с ним были связаны как права, так и обязанности. Самым высоким аристократическим титулом, кроме титулов суверенов, является в чешской среде vévoda (герцог, нем. Herzog). Однако и герцог мог быть сувереном, а его дети — принцами и принцессами. О титулах правителей поговорим в другой раз — тут парой строк не обойтись.
Принадлежность семьи к дворянскому сословию, особенно к титулованному дворянству, чья жизнь определенным образом выставлена напоказ и все неблаговидные проступки видны любопытствующим, накладывает на каждого аристократа определенные обязательства, которые раньше назывались дворянской честью. Дворянин не мог быть трусом, лжецом, должен был защитить свое достоинство. Сегодня Ф. Кински, о котором мы говорили в начале статьи, считает, что человек подобного происхождения должен обладать силой духа, не быть равнодушным к местам, связанным с его родом (vztah k místu a rodinné tradici), достойно справляться с проблемами в тяжелые времена, заботиться о культурном наследии и традициях (pečovat o památky a kulturní tradice).
Многие слова, перечисленные в статье, можно употребить в переносном значении: kníže tmy (князь тьмы, т. е. дьявол, сатана), aristokrat ducha (аристократ духа) и т. п. В русском языке пейоративно звучит фон-барон, как и барин, барыня (в определенном контексте). В чешском в ироничном ключе может употребляться kníže pán, honorace, vrchnost и др. Рыцарь печального образа переведем как rytíř smutné postavy / důmyslný rytíř, но эти выражения встречаются в чешском значительно реже, чем в русском.
