Продолжение, начало см. РС № 6/2025

Когда казалось, что уже все пройдено, что не может быть еще больше страха, больше обстрелов, больше новостей с заголовками «антирекорд» — пришел июль. Месяц, когда воздух пропитан не только гарью, но и усталостью. Усталостью, с которой не смиряются.

Все начинается с телефонного разговора. Дональд Трамп звонит Путину — и выходит из этого разговора разочарованным. «Я не вижу, чтобы он хотел остановиться», — говорит Трамп публично. И добавляет: «Честно говоря, мне кажется, что Путина там уже просто нет». Это не слова политика — это слова человека, который вдруг увидел в зеркале истории нечто подлинное.

Через несколько дней Трамп разговаривает с Зеленским. А уже на следующее утро Пентагон меняет решение: оборонная помощь Украине восстановлена!

«Это оружие обеспечит украинцам возможность защищать себя», — заявляет представитель Пентагона. И звучит это так, будто Америка вспомнила, на чьей она стороне. Возможно, не окончательно. Возможно, временно. Но вспомнила. И тут начинаешь понимать, как работает логика истории — даже вопреки желаниям отдельных политиков ставит свои условия, которые невозможно игнорировать. Трампу очень хотелось подружиться с Путиным, заключить big deal и делать большие деньги. Но российский диктатор игнорирует американского президента, тем самым подталкивая его занять правильную позицию — Трамп не может допустить, чтобы с ним не считались, чтобы его унижали. Он дает Путину 50 дней и возобновляет поставки оружия Украине. Эти 50 дней истекают 3 сентября. Дата символическая. 2 сентября 1945 года официально закончилась Вторая мировая война. Что последует после 3 сентября, никто не знает.

А что Украина? Живет. Под ракетами, дронами, под обломками. Но — живет.

7 июля Харьков снова горит. 71 раненый, семеро из них — дети. Уже не ищут слов. Просто фиксируют. Просто убирают обломки. Просто хоронят.

В ночь с 8 на 9 июля — самая масштабная атака за всю войну. 741 воздушная цель. 728 дронов Shahed, 13 ракет. ПВО сбивает около 296. Но это не спасает Луцк, Тернополь, Киев, Черновцы. Да, даже Черновцы — впервые за всю войну. К сожалению, и там погибли люди...

9 июля — день, когда заголовки новостей невозможно проглотить. И в то же время — день, когда в Украине официально регистрируют свадебный бум, случившийся в конце июня. Почти 4000 пар заключили брак. Под звуки сирен. Наперекор всему, что хочет их уничтожить.

11 июля — после встречи президента Зеленского с Папой Львом XIV — ракета падает возле нунциатуры Ватикана в Киеве. Повреждена крыша, гараж, служебные помещения. Осколки — в пределах 70 метров. Архиепископ Кульбокас молча собирает обломки. Говорит: это был дрон. Посольство Ватикана расположено в Шевченковском районе столицы, неподалеку от посольств других стран.

12 июля — очередной антирекорд. За ночь запускают от 560 до 700 «шахедов» и более 15 ракет. Основные удары — по Львову, Луцку, Черновцам. Сгорает театр «Арабески» в Харькове. 30 лет истории — в пепле. То, что собирались передать в музей, развеяно ветром.

«Арабески» — замечательный новаторский украинский театр, созданный режиссеркой Свитланою Олешко. К сожалению, пани Свитлана умерла от тяжелой болезни в Варшаве несколько месяцев назад. Но успела поставить в Польше новый спектакль о Харькове. Мы переписывались, обсуждали возможность приезда театра в Прагу, и вот…

И на фоне всего — голоса. Голос журналистки и писательницы Анны Гин из Харькова, которая пишет Трампу прямо из ванной, прячась от дронов (фрагмент):

«Буквально три коротких предложения, которые я хотела бы передать Вам от украинцев. Простите, что беру на себя такую ответственность.

Первое. Нет и никогда не существовало ни единой причины для российского террора против моей страны. Ни исторической, ни географической, ни политической.

Второе. Рано или поздно мы все равно Переможемо. Даже если еще многим из нас, включая меня, придется погибнуть. Мы такая нация, наивысшая ценность для нас — свобода.

Третье. Вы как президент самой могущественной державы способны помочь нам сохранить тысячи жизней. Не послезавтра, не через неделю, не через пятьдесят дней. Сегодня.

Поверьте, это вообще ничего не будет стоить. Потому, что бесценно. Выйдете в эфир, господин президент, и скажите правду. Назовите жестокую, чудовищную, ничем неспровоцированную войну России против Украины — жестокой, чудовищной, ничем неспровоцированной войной. Назовите лживый кремлевский режим — лживым, а военного преступника путина — военным преступником.

И мир начнет меняться.

Мне кажется, самая главная в жизни сделка — это сделка с совестью.

П.С. Я все еще сижу в ванной, прячусь с собакой и попугаем от русских ракет и беспилотников. Я пишу это письмо из Украины, из Харькова. В городе прогремел уже семнадцатый взрыв, я считаю».

А где-то в Европе — другой голос. Голос Петра Павела, президента Чехии. На конференции в Риме он предлагает «план Маршалла для Украины». Конкретно — помощь Харьковской и Днепропетровской областям. Потому что Европа должна инвестировать не только в экономику, но и в надежду.

Июль продолжается. Каждый день — новая граница. Но и новое доказательство того, что мы не жертвы. Мы народ, который живет несмотря ни на что.

Когда я пишу эти заметки, июль еще не закончился.

В Киев недавно приезжал спецпредставитель Дональда Трампа Кит Келлог и провел в Украине целую неделю. Во время визита Келлога обстрелы Киева не проводились. И киевляне начали шутить, что Келлог — самое надежное средство ПВО. Однако другие города Украины подвергались жестоким атакам. А после отъезда Келлога возобновились бомбардировки Киева. Люди прятались в метро. На станции «Лукьяновская» российский «шахед» 21 июля атаковал вестибюль, случилось сильное задымление станции, людям пришлось спасаться в дыму и темноте. А там ведь было и немало детей, домашних питомцев, которых киевляне берут с собой в укрытие. Огромная туча цементной пыли накрыла станцию. Но паники не было — примерно через 30 минут все улеглось.

Лето продолжается. Продолжается сопротивление ВСУ натиску агрессора. Врагам не удалось взять Сумы — украинская армия держит удар. Но продолжается террор мирного населения с воздуха.

Главная задача — защитить украинское небо. И это уже поняли и в Вашингтоне, и в Брюсселе. Нужные слова сказаны, услышаны, ждем конкретных дел.