В чешском языке есть многозначное слово smysl. В единственном числе это абстрактное существительное, которое соответствует русскому смысл, хотя чаще в этом значении употребляется význam, например, в выражении to nemá smysl / význam (это не имеет смысла, это бессмысленно). Выражение mít smysl pro něco означает иметь склонность / талант к чему-то.

Во множественном числе слово smysl имеет отношение к органам чувств. Согласно учению Аристотеля, чувств у человека пять, а именно: зрение (zrak), осязание (hmat), обоняние (čich), слух (sluch) и вкус (chuť). Šestý smysl — нечто вроде телепатии, необъяснимая интуиция, чутье — дополнительное шестое чувство.

Сегодня мы знаем, что чувств (даже не считая «чувства глубокого удовлетворения», доставшегося нам в наследство от советской действительности и перешедшего в анекдоты) гораздо больше, чем пять. У человека шестым следовало бы назвать комплекс информации, получаемый нашим телом благодаря работе вестибулярного аппарата. Это чувство равновесия, положения в пространстве, ускорения, ощущение веса. Животные и растения обладают и другими возможностями: чувством магнетического и электрического поля, смены дня и ночи, рецепторами теплоизлучения и др. К чувствам можно отнести и ощущение течения времени, гравитации, температуры и ее изменений.
Видимо, обоняние считалось настолько неважным элементом человеческой жизни, что осталось малоизученным, хотя нарушение восприятия запахов связано не только с новым коронавирусом, но и с другими заболеваниями, например, болезнью Альцгеймера.

Как мы видим, в русском языке нет отдельного слова или словоформы, полностью соответствующих чешскому smysly. Причем для специалистов слова чувства, ощущения и восприятие не являются синонимами.

Чуять и чувствовать в русском обозначают субъективные переживания. Обоняние — слово нейтральное, а нюх в основном является собачьей и вообще звериной способностью. В чешском языке кроме слова čich есть и разговорный вариант čuch, имеющий эмоциональную окраску (ироническую, юмористическую), причем оба они могут употребляться в значении чутье, интуиция: mít na něco nos / čich — уметь что-либо предвидеть, почуять, учуять заранее.

Иногда возникают субъективные добавочные чувства, например, желтый тон обоев может вызывать ощущение тепла, зеленый ассоциироваться с запахом леса, лимонный — с кислым вкусом, кирпичный — с грубой поверхностью. Такое явление называется синестезией. Неудивительно поэтому, что и слова, обозначающее разные чувства, в чешском и русском могут быть похожими, но все же означать разные эмоции или разные действия. По-русски чих — это действие от глагола чихать (kýchat), чешское čich — обоняние. Есть расхождения и в устойчивых словосочетаниях: чихал я на это (kašlu na to).

В русском языке помимо чуять есть и устаревшая форма чуть. Этот глагол — синоним чувствовать, но чаще он употребляется в значении слышать. Отсюда и чу! — призыв прислушаться и соблюдать тишину.

Специалисты считают, что искусственно вызвать явственное ощущение запаха без присутствия его возбудителя невозможно. Я бы, однако, поспорила, потому как, просидев все лето 2020 года в небольшом садике сначала под кустом сирени, а позднее под жасмином, я ясно ощущала их аромат еще пару месяцев после того, как они отцвели.

В художественной литературе описания запахов и связанных с ними ассоциаций встречаются довольно часто. И. В. Соколов-Микитов в рассказе «Свидание с детством» пишет: «В них [деревенских и сельских лавочках] пахло дегтем, селедками, кумачом, рогожами, хомутиной. Пахло сложно и от самих лавочников-мещан <…>. И так знакомо пахло от них хлебом, кислотой домотканого сукна, избяным, деревенским духом...»¹
Карел Чапек включил в сборник «Календарь» (Kalendář) главу «Чем пахнет дом» (Čím voní dům), в которой есть такие строки: Potom se navezou prkna <…>aby to zase vonělo jinak; neboť vůně dřeva je dobrá a důvěrná, dřevo voní domovem a zralosti, a jeho smolný, slunný výdech obestírá vápenné čpění omítek a blátivý zápach betonu². «Потом привезут доски <…> чтобы опять запах изменился, потому как аромат дерева хорош и близок, дерево пахнет домом и зрелостью, и его смоляное, солнечное дыхание обволакивает известковые испарения штукатурки и болотистый дух бетона» (перевод мой).