Бывший глава Серпуховского района (2003 — 2018), председатель районного Совета депутатов Александр Вячеславович Шестун — один из наиболее известных политзаключенных, приговоренных к отбытию наказания в колонии еще до войны. Арестован он был в июне 2018 года по статье о превышении должностных полномочий. Вина Александра Шестуна состоит в том, что он выделил в селе Борисово участок земли предпринимателям для строительства торгового комплекса, а они продали его другой фирме, которая и построила ТЦ. Александр Шестун получил 15(!) лет колонии строгого режима и 49 млн руб. штрафа.

Да, вот так. Это вам не Екатерина Васильева («Ева», как подписывает она свои редкие по умению ввести зрителя в ступор картины) с ее смешным делом о хищении чуть не миллиардов рублей по оборонзаказам. Екатерина Васильева была благополучно выпущена через несколько месяцев после ареста и уже вновь назначена на высокие управленческие должности. Что же, делиться надо было, наверное? Ну да, а еще — не высказываться по политическим вопросам. Шестун оказался, на свою беду, правозащитником и человеком смелым, не боящимся критиковать действующую власть.

Об Александре Шестуне много писала газета «За права человека», Лев Пономарев и его коллеги подробно освещали судебный процесс — а, вернее, судебный фарс, который в очередной раз продемонстрировал неуважение российской судебной системы к своим же собственным законам.

У Александра Шестуна мы взяли интервью, которое и предлагаем вниманию читателя.

— Александр Вячеславович, расскажите, пожалуйста, как с вами обращаются в настоящее время?

— Обращаются со мной в СИЗО-5 Каширы временами неплохо, а иногда и просто хорошо. Команды о репрессиях идут с подачи УФСИН Подмосковья, а кто их науськивает — несложно догадаться. Особенно стараются навредить мне помощник начальника УФСИН по правам человека полковник Александр Лысов и начальник оперативного отдела полковник Вадим Голудин. Более трех месяцев мне не удается сделать операцию грыжи в Каширской ЦРБ, несмотря на письменные рекомендации уже пяти хирургов.

— Я знаю, что во время нахождения под стражей у вас развились новые и обострились прежние болезни. Это неудивительно: в местах заключения даже при адекватном отношении охраны можно потерять здоровье за несколько дней. Как ваше самочувствие сейчас?

— Мне пришлось употребить весь запас обезболивающих в местной санчасти.

— Есть ли возможность смягчения, обжалования приговора или, наоборот, можно ли ждать ужесточения наказания и условий содержания?

— Что касается условий содержания, то меня почти полностью сейчас устраивает камера, кровать, стол, работа всех служб, а к полчищам крыс я уже привык. В СИЗО-5 все камеры оборудованы кондиционерами, имеется видеотаксофон. Правда, «правозащитник» Лысов и опер Голудин долго запрещали телефонные звонки вопреки решению суда. Сами же сотрудники каширской тюрьмы вежливы и доброжелательны. С началом «спецоперации» охрана стала лучше понимать значение термина «политзаключенный». Здесь у меня получается регулярно читать свежую прессу и качественную литературу. Стараюсь выпускать по две публикации в неделю. Разумеется, при нынешнем политическом режиме смягчение приговора невозможно. Интрига только в том, что добавят к 15 годам строгого режима за угрозу Гаагским трибуналом и Божьей карой представителям власти. До всего правоохранительного блока начало доходить, что перспектива уголовной ответственности за фальсификации и неоправданную жестокость в ближайшее время реальна как никогда. Персонал тюрьмы возмущен, что при минимальной площади 4 кв. м на человека СИЗО переполнено в 2,5 раза, а судьи продолжают отправлять под стражу за легкие правонарушения: неуплату алиментов, езду без прав, незаконное пересечение границы, жестокое обращение с животными…

— Когда я отбывала сутки в феврале ― марте, мне показалось, что с началом «спецоперации» охрана стала более сочувственно относиться к арестованным. Война уничтожила остатки веры в адекватность и человечность режима в России, если даже у кого-то эти иллюзии еще оставались. А как на ваш взгляд?

— Полицейские ИВС и тюремщики живо интересуются моей оценкой текущих событий в Украине и негативного влияния «спецоперации» на экономику России. Я наблюдаю спад настроения: от эйфории от весенних победных реляций к похмельному унынию. Усталость от круглосуточных ток-шоу на телевидении об агонии киевского режима переходит в тревогу за будущее своей семьи. Из широкого ряда собеседников я не встретил ни одного патриота, гордящегося нынешней политикой нашего государства. Немало ястребов, но эта категория людей кардинально разочаровалась низкой эффективностью власти при отсутствии успехов на полях сражений.

В каширском СИЗО никогда не было резонансных арестантов, а тем более — политзаключенных. Полное ощущение «дежавю»: все лозунги местных сидельцев напоминают мне «Матросскую тишину» 2018 года.

Ценности примитивной тюремной романтики для меня — провинциальный анахронизм. Местному контингенту далек либерализм в истинном значении — от латинского «свобода», хотя это слово хорошо знакомо здесь. Скорее близка национал-большевистская идея «русского мира», поднятая на знамена Кремлем. Впрочем, рабские рефлексы населения примут любую стратегию развития страны, если ее подкрепить усиленной пропагандой.

— Какая перспектива развития событий представляется вам наиболее вероятной?

— У меня нет сомнений в крушении нынешнего российского режима в течение года. Зимой санкции начнут действовать в полном объеме и поразят нашу стагнирующую экономику. Успех вооруженных сил Украины обнажит беспомощность и карикатурность политики Кремля. Вслед за обвальным падением рейтинга Владимира Путина в мире рухнет он и в России.

Послесловие

Пока готовилась статья, Александра Шестуна вывезли из Подмосковья в Калугу. В последние дни перед переводом он содержался в карцере в изоляторе Каширы и собирался дать показания по заявлению о привлечении к уголовной ответственности сотрудников СИЗО, применивших к нему ранее физическую силу.

Его должны были опросить в течение трех суток, но этого сделано не было. Сам он предполагает, что в Калугу его этапировали, чтобы скрыть побои. До сих пор ему не была предоставлена квалифицированная медицинская помощь. За несколько месяцев нахождения в подмосковном СИЗО решение неотложного вопроса об оперативном вмешательстве постоянно откладывалось по формальным причинам.

Написать письмо Александру Шестуну можно через сервис ФСИН-письмо: fsin-pismo.ru/client/app/letter/create, указав: Калужская область, Сизо-1 Калуга, Шестун Александр Вячеславович 1964 года рождения. При отправке надо выбрать опцию «получить ответ».